В казахстанском сегменте Интернета появилась информация, что ряд депутатов этой страны решили пойти по молдавскому пути и сделали запрос в местный Конституционный суд касательно статуса русского языка. Точнее, о возможности лишения его статуса языка межнационального общения, поскольку он, дескать, в свою очередь, мешает развиваться государственному казахскому языку как языку межнационального общения. Да и в целом отношение к русскому как к языку межнационального общения — это, по их мнению, архаика, доставшаяся по наследству от советских времен, что вроде как ущемляет языки меньшинств и способствует русификации оных. Против же «казахизации» языков тех самых меньшинств авторы сего послания, похоже, никак не возражают.

Равно как и крепко не дружат с реальностью, если полагают, что казахский язык станет языком межнационального общения между казахами и еще остающимися в стране русскими, между оставшимися там немцами и узбеками, уйгурами и татарами… Нет, конечно, гипотетически можно предположить, что принудительное «оказашивание» всего и вся приведет в итоге к тому, что через пару поколений на языке потомков вольных кочевников заговорят все дети, рожденные и воспитанные в условиях повального доминирования казахского языка во всех сферах жизни.

Но, скорее всего, будет по-другому. А именно — национальные меньшинства навсегда уедут из Казахстана, где у них в случае, если КС примет во внимание пожелания опасающихся русификации, не будет возможности обращаться на понятном для всех русском в органы власти, они не смогут прочитать новые принимаемые казахстанским парламентом законы, потому что их не будут переводить на русский язык. Да и что греха таить, в стране, где правят бал составители подобных запросов, им будет просто неудобно, поскольку эти «расово чистые» казахи всегда найдут повод продемонстрировать, кто в их доме хозяин.

Надо сказать, что подобные попытки со стороны национально озабоченных политиков и народившихся за советские десятилетия из потомков пастухов интеллигентов предпринимаются в Казахстане далеко не первый раз. Так, в 2011 году в адрес бессменного президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, а также главы правительства, председателей верхней и нижней палат парламента было направлено письмо, подписанное 138 гражданами, представляющими политические партии и общественные движения. Среди них нашлось место и герою СССР, летчику-космонавту Тохтару Аубакирову (к слову об особенностях кадровой и этнической политики Советского Союза) и народной артистке СССР Бибигуль Тулегеновой.

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. Фото: yakub88/Shutterstock.com

Все эти милые люди даже не просили, а требовали «прекратить вводить народ в заблуждение» насчет того, что, «несмотря на доказательства Конституционного Совета о том, что второй пункт статьи («наравне с казахским официально употребляется русский язык») не означает, что русский язык является «официальным» и никак не может стать вторым государственным языком, (…) русский язык незаконно выполняет функцию государственного языка». После этого предупредили, что в случае чего «готовы пойти на крайние меры». Вот так прямо и написали. Правда, с тех пор прошло уже семь лет, а никто из них так и не совершил акта самосожжения у дома правительства или, например, не пустил пулю в лоб в телеэфире. Жаль, все так ждали…

Обратное сальдо русских в Казахстане началось в 1970 году и продолжается до сих пор, то есть стихийная деколонизация в Казахстане идет с тех пор, — написал летом прошлого года на своей странице в одной из социальных сетей еще один подобный деятель, политолог из Казахского государственного университета им. Аль-Фараби Азимбай Гали. — Доля русских граждан в Казахстане упала до 20%, а казахи уже составляют 67% населения. Изменение демографического баланса требует и изменения приоритетов в национальной и языковой политике. Как русский язык может выполнять свою «официальную» роль, если русские у нас составляют всего 20% населения? Зачем в Казахстане давать особый приоритет языку, по сути, национального меньшинства? Пришло время определять нашу политику!»

Впрочем, на днях Гали, продолжая сетевые рассуждения о миграции из Казахстана, довел количество русских до 18%, а «возможно, и до» 15% (хотя, по официальным данным, их все-таки больше 19%). Если так пойдет и дальше, то через год русских стараниями политолога в стране останется процентов пять, не больше… Впрочем, природу рассуждений ученого казаха можно понять и оценить, прочитав его выкладки, например, о конституционно-демократических основах, заложенных казахскими ханами, которые в своих либеральных потенциях намного превзошли авторитарную Московию.

И по логике подобных казахских ученых нет никакой заслуги русских в появлении казахской письменности, и переименованные в последние суверенные годы на казахский лад города Верный (Алма-Ата), Семипалатинск (Семей), Гурьев (Арытау) и Акмолинск (Астана) степняки основали бы сами, если бы не помешали своим вторжением наглые русские оккупанты. Ну а подаренные большевиками Казахстану исконно русские земли — Семиречье, Рудный Алтай и Южная Сибирь — это не более чем фантазии русских шовинистов, а вот истинно казахские города Омбы (Омск) и Орынбур (Оренург) — печальная реальность.

Впрочем, на данный момент шансов у искоренителей русского языка и всего русского в Казахстане, нужно признать, немного. Хотя бы потому, что еще в начале этого года Нурсултан Назарбаев провозгласил, что в языковом вопросе в образовательной системе азиатской республики должна существовать языковая триада: казахский, русский и английский языки. Дабы сохранить то, что, по мнению официальных казахстанских идеологов, называется «многовекторностью политики». То бишь, преподавать, а следовательно, изучать все три языка будут с одинаковым усердием и пристрастием.

Вот только казахский все-таки переведут к 2025 году на латиницу, а перевод всех госструктур страны на казахский начался уже в этом году. Так что, по сути, шансов у русского языка при таком подходе сохраниться языком межнационального общения, равно как и русского населения страны, проживающего на своих исторических землях, сохраниться как серьезной диаспоре, не уйдя в гетто или не покинув родные земли, немного.

Русский фактор Казахстана мог бы сыграть в начале 90-х годов, если бы Москва поддерживала местное русскоязычное население, — поделился своим видением проблемы с Царьградом историк, политолог, главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» Аждар Куртов. — Но ни при Ельцине, ни при последующих президентах этого не было. И сейчас, во-первых, количество русских в Казахстане резко сократилось. Если раньше казахи не составляли подавляющего большинства населения Казахстана, то сейчас они его составляют. Из Казахстана уехали несколько миллионов человек. Не только русских, но и татар, и немцев, которые причислялись к русскоязычным.

Самое главное, были разгромлены политические организации, которые претендовали на консолидацию русских в Казахстане. Разгромлены при молчаливом согласии центральной власти в России. То есть нет сейчас той силы, которая могла бы объединить этих самых русских. К сожалению, это факт. И Казахстан теперь уже в национальном отношении — это государство, где официально, совершенно свободно, с учетом того, что я сказал, с уменьшением числа русских, могут проводить такие акции, как замена алфавита с кириллицы на латиницу. И, опять-таки, из России никто особенно со стороны властных структур этим намерениям властей Казахстана не возражает».

При этом, что интересно, пока строители моноэтнического казахского государства решают русскую проблему путем выведения всего русского, в том числе и на исторических русских землях, у них на пороге стоит другая проблема. Пока не явная, но в перспективе, возможно, уже недалекой, вполне себе реальная. Так, на сегодняшний день на территории Казахстана открыты 2783 предприятия с участием китайского капитала. Китайские компании контролируют треть казахстанского нефтяного рынка. С 2005 по 2017 год Китай напрямую инвестировал в казахстанскую экономику около 14 млрд долларов.

Фото: FreshStock / Shutterstock.com

При этом отношение к казахам в самом Китае довольно специфическое и уж точно серьезно отличается от отношения к ним в годы безраздельного «владычества Москвы». Так, на сегодняшний день, по данным из независимых источников, в китайских Синьцзян-Уйгурском автономном районе, провинциях Цинхай и Ганьсу живут 1,5 миллиона казахов, хотя, по официальным китайским данным, их количество не дотягивает до миллиона. По имеющейся информации, казахских, равно как и уйгурских, местных жителей китайские власти регулярно отправляют в специальные лагеря для перевоспитания, где их психологически обрабатывают, заставляют доказывать лояльность Коммунистической партии и отказываться от мусульманской религии. Также в том же Синьцзяне власти запретили давать детям такие мусульманские имена, как Ислам, Медина, Саддам, Имам и Джихад. Параллельно с этим не повсеместно, но на тех территориях, которые Пекин считает проблемными, закрываются школы с казахским и уйгурским языками обучения, а также мечети.

Если так пойдет и дальше, то очень скоро казахские мечтатели поймут, что боролись не с теми и не за то. Хотя с России, безразлично наблюдающей за этой борьбой с русским народом у своих южных границ, это ответственности никак не снимает.