Тегеранская встреча в верхах стала уже третьим совещанием «большой ближневосточной тройки» в составе России, Турции и Ирана. Обсуждали сирийское урегулирование и в первую очередь провинцию Идлиб, которую уже бомбит Россия и которую готовится взять под контроль Асад. Судя по всему, Путин, Роухани и Эрдоган смогли найти компромисс. В чем именно он заключается?

С тех пор как менее 10 месяцев назад, в ноябре прошлого года, в Сочи впервые встретились руководители России, Турции и Ирана, проходит уже третий подобный саммит. Тегеран-18, конечно, нельзя сравнивать с Тегераном-43 по степени важности принимаемых там решений, но и сводить все его значение к одной лишь сирийской теме было бы категорически неправильно. В ходе тегеранских встреч в двухстороннем формате обсуждались самые разные вопросы. От турецко-американских противоречий до давления США на Иран и способов противодействия этому.

Хотя понятно, что сама тройка возникла для урегулирования сирийского конфликта и именно сирийскому вопросу были посвящены трехсторонние тегеранские переговоры.

За время существования «тройственного альянса» ситуация в Сирии существенно изменилась. Асад вернул себе контроль над большей частью территории страны, и теперь все антиасадовские вооруженные формирования собраны в одной провинции, в Идлибе. Несколько десятков тысяч – немалая сила, но все понимают, что они обречены. Или на гибель в боях с сирийской армией, или на разоружение, или на отъезд – в этот раз уже за пределы Сирии (естественно, без оружия).

Учитывая, что Идлиб относится к сфере жизненных интересов Турции, Россия и Иран будут учитывать ее озабоченность и согласятся с тем, что какая-то часть вооруженной оппозиции (наименее радикальная) на какое-то время сохранит свои позиции – под присмотром и зонтиком Анкары. Но другим предстоит определиться, что они выбирают – мир или войну, в которой они обречены на поражение. При этом именно «тройка» будет определять скорость движения Идлиба (а значит, и всей Сирии) к миру – так, чтобы это не ущемляло интересы ни одного из ее участников.

А остальные державы уже утратили возможность влиять на ситуацию в Сирии

– включая даже США, которые еще делают вид, что от них что-то зависит. Накануне тегеранского саммита в Вашингтоне заявили, что будут очень рассержены в случае начала кровопролития в Идлибе, а также отказываются от планов вывода до конца года своих 2200 солдат с востока Сирии. Собранный в Средиземном море американский флот, конечно, может в случае начала операции в Идлибе ударить по сирийской армии под предлогом применения в Сирии химического оружия.

Но этот удар ничего не изменит – и даже не замедлит сам процесс решения идлибской проблемы. Которое сейчас полностью зависит от позиции «тройки» – и, судя по итогам встречи в Тегеране, три президента решили попросить Дамаск повременить с началом наступления. Решено предоставить дополнительное время на размежевание между теми в Идлибе, кто готов принять неизбежное, и теми, кто еще хочет повоевать.

Три страны призвали идлибских сидельцев к разоружению. Как сказал Хасан Роухани, Турция, Россия и Иран требуют от боевиков в Идлибе, чтобы они сложили оружие и мирным путем добивались своих политических целей, если таковые у них имеются. Владимир Путин назвал главной задачей на данном этапе изгнание боевиков из Идлиба, «где их присутствие несет прямую угрозу безопасности сирийских граждан и жителей всего региона». При этом российский президент уточнил, что попытки вывести из-под удара террористов под предлогом защиты гражданского населения являются недопустимыми и Идлиб в конце концов должен перейти под контроль Дамаска:

«Законное сирийское правительство имеет право поставить под свой контроль всю территорию страны».

Турция не против разоружения части боевиков. Но она не хочет масштабных боев в Идлибе, понимая, что это приведет к новому потоку беженцев на ее территорию. Не хочет Анкара и терять контроль над частью провинции, которая примыкает к ее территории и к землям сирийских курдов (их она рассматривает как угрозу своей безопасности). Поэтому Эрдоган и говорит: