Однако стоит все-таки отойти от эмоций или попыток среднесрочного прогноза переговорного процесса – корректный прогноз просто невозможен из-за огромного количества переменных, игроков и процессов, способных ему помешать или ускорить. Нужно посмотреть на то, что Россия уже сейчас получила от самого начала переговорного процесса. И тогда станет ясно, что Москва уже выиграла – и выиграла немало.

Прежде всего от того, как начался переговорный процесс. Во-первых, США выступили с полным пренебрежением к своим европейским союзникам. Вашингтон не то что не провел предварительный общезападный саммит, дабы потом с едиными и согласованными требованиями звонить Владимиру Путину – нет, Дональд Трамп даже не уведомил Европу о намерении позвонить. И 12 февраля, после переговоров российского и американского президентов, весь Евросоюз оказался в глубочайшем шоке от демонстративного игнорирования европейских интересов. По факту был нанесен удар по концепции «коллективности» Запада

Во-вторых, Трамп, как верно отметил бывший пресс-секретарь Госдепа Мэттью Миллер, сдал Путину целый ряд пунктов, который мог бы использовать как разменные монеты в переговорном процессе. Так, например, Трамп (и его министр обороны Пит Хегсет) четко заявили, что участие Украины в НАТО нецелесообразно и нереалистично. В результате чего согласились с одним из ключевых требований Москвы.

Кроме того, вице-президент Джей Ди Вэнс отметил, что американских войск на Украине не будет (опровергнув тем самым публикацию The Wall Street Journal, утверждавшую, что он якобы угрожал Путину этим сценарием). В результате чего США демонстративно отказались от одного из немногих сценариев развития ситуации, который мог бы не допустить военного поражения Киева.

Хегсет четко заявил, что войны не будет, что американцы останутся в стороне. «Если… войска на Украину будут отправлены в качестве миротворцев, то они будут развернуты не в качестве миссии НАТО. А значит, на них не может распространяться 5-я статья Устава НАТО (о коллективной обороне – Г. М.)», – пояснил шеф Пентагона.

И это не только про отправку европейского контингента в ходе самой войны. Одним из суррогатов членства Украины в НАТО считалось как раз размещение западных войск на Украине как «миротворческих». Что, по сути, означало отказ киевского режима от нейтрального статуса и превращение его в натовскую территорию без формального членства. Сейчас же США говорят, что в этом сценарии участвовать не будут – что Европа может попробовать продвигать идею размещения миротворцев (которые станут жертвами в случае возобновления конфликта) на свой страх и риск. Риск, на который (учитывая внутриполитические последствия от сотен и тысяч возвращающихся с Украины гробов) ЕС не пойдет.

В-третьих, американский президент добил принцип «никаких переговоров об Украине без Украины». А на прямой вопрос корреспондентов о том, будет ли киевский режим частью переговорного процесса, президент США закатил глаза и просто сказал, что Зеленскому придется заключить мир. Выразив тем самым свое глубочайшее презрение к суверенитету Украины и репутации главы киевского режима.

В-четвертых, президентом был разрушен тщательно конструируемый на протяжении трех лет образ России как безусловного агрессора. Трамп не просто обвинил в начале войны бывшую администрацию Белого дома во главе с Джозефом Байденом и Камалой Харрис (обещавшими Украине членство в НАТО), но и дал понять, что решение Путина о начале СВО было в той ситуации логичным или как минимум объяснимым. То есть фактически согласился с базовыми принципами российской военно-политической стратегии, которые опровергали американцы до него: что безопасность России простирается за границы России, что должен действовать принцип неделимой безопасности и что постсоветское пространство является российской сферой влияния. А значит, у Москвы есть право вето в вопросе того, кто из ее соседей войдет в НАТО.

Наконец, в-пятых, речь больше не идет об изоляции России. По итогам переговоров оба президента не только согласились провести встречу на нейтральной территории (что само по себе уже является прогрессом), но и обозначили готовность совершить визиты в страны друг друга. И тут уже непонятно, какой визит станет самым убийственным для стратегии изоляции: Путина в Вашингтон или Трампа в Москву – на 9 Мая, например.

Да, визиты в итоге могут не состояться. Да, переговорный процесс может быть в итоге саботирован его противниками (глупо было бы надеяться, что киевский режим и оставшиеся за бортом процесса европейцы будут сидеть сложа руки). Однако то, как начались переговоры, уже стало серьезнейшим сигналом для тех, кто еще умеет мыслить и заботиться о своем будущем.

Сигналом для европейских национальных лидеров, не желающих тонуть вместе с идеологическими крестоносцами из Еврокомиссии и понимающих, что нужно из войны выходить, а в прямой переговорный процесс с Россией о будущем сотрудничестве входить.

Сигналом для европейского и азиатского бизнеса, осознающего, что санкции могут быть сняты – а значит, пора возвращаться на российский рынок и отбивать его у китайцев. Причем скорость имеет значение – кто быстрее вернется, тот и выиграет.

Наконец, сигналом для украинских региональных элит, осознающих, что процесс слива Украины резко ускорился. А значит, пора договариваться с Россией о том, чтобы гарантировать свою собственность и свободу после того, как их регионы войдут в состав РФ. В обмен, естественно, на помощь в этом вхождении.

В общем, всем пора пересматривать «Свадьбу в Малиновке».