НЕГАТИВ
№ 1 (40) — 2024
Гор. Минск.
Полусатирическое приложение к электронной газете «Верность»
================================ =========
«ОДИН С СОШКОЙ – СЕМЕРО С ЛОЖКОЙ»
«Не может быть!» — скажут иные, прочитав этот «Негатив», — «Это в наше–то время да в нашем государстве, где власть во главу угла ставит справедливость!»
Но факты – упрямая вещь. А потому правы те, кто говорит: «Этой дикости в нашем государстве не должно быть». А чтобы её не стало и не повторилась, нужны меры.
И данная публикация нацелена на то, чтобы убедить в необходимости принятия мер тех, кто эти меры принять может и обязан.
А ситуация и впрямь дикая, казалась бы, нереальная. Вот что рассказал нам фермер и подтвердил документами и фотографиями…
На переломе эпох между социализмом и капитализмом, победившим в нашей мощной и славной стране и разрезавшим её границами (уверены – временно), опытный, умный, порядочный, справедливый и потому влиятельный человек (не случайно в советское время был выдвинут на работу в органы госконтроля) вдруг стал никем. А работать, чтобы продолжать жить и кормить детей да дать им образование, нужно. А для этого необходим стабильный доход, желательно немалый, не меньше прежнего.
И решил человек взять землю, чтобы производить продовольствие, то есть стать фермером, благо (1) кушать нужно всем и всегда, а потому производство продовольствия – дело вечное (2) с землёю и со всем, что на ней растёт и по ней бегает, знаком и (3) получить землю в личное пользование в производственных целях стало свободно.
Фермером стал, землю получил, облагородил – болотистую часть превратил в пашню и в чистые водоёмы, начал выращивать всякую сельскохозяйственную продукцию, и растениеводческую, и животноводческую, и даже рыбную, так как водоёмы зарыбил к удовольствию местных любителей рыбалки, тем более, что денег с них за рыбалку не брал.
Нет, ОО СКПС, кому принадлежит данное издание – «Негатив», – двумя руками за коллективное и государственное землепользование, за колхозы и совхозы, так как преимущества их относительно мелкого индивидуального хозяйствования неоспоримо, что многократно и убедительно доказано и передоказано. И это благо, что основной производитель продовольствия в нашей республике – именно крупнотоварные предприятия. Благодаря, прежде всего, им мы едим качественные продукты собственного производства, выращиваем всё в достатке, то есть имеем продовольственную независимость и безопасность – одну из главных основ суверенитета, да и солидные избытки на миллиарды отправляем на экспорт, выручая дефицитную валюту для закупки того, чего в республике нет и быть не может по природным и иным условиям.
Но фермерская продукция отнюдь не лишня, а мы, садясь за стол и орудуя ложками, ножами и вилками, отнюдь не озабочены узнать, откуда это изобилие – от кооператива или от фермера.
И всё бы путём, да не учёл фермер, что, облагородив землю, он сделал её не только полезной, но и опасной для себя. Развернув хозяйство, он был вскоре вынужден сражаться не столько за высокие показатели своего труда и соответствующие доходы, сколько за… избавление от постоянных покушений разномастного криминала (воры, мошенники, бандиты) при их, что удивительно, фактической поддержке со стороны некоторого, и не малого, числа чиновников (1). Воры, мошенники и бандиты, как хищники набросились на благополучно развивавшееся хозяйство. А чиновники всех ветвей власти вместо того, чтобы защитить фермера и плоды его труда, фактически защищали этих подонков, а не фермера. И более того: если воры, мошенники и бандиты наносили существенный ущерб хозяйству, но не смогли его уничтожить, то с этой задачей успешно справились чиновники, причём варварски отнеслись к имуществу и плодам труда фермера.
Фермер не был голословен, он привёл факты.
Как-то явились к нему респектабельные непрошенные гости: «Отдай пруды, — потребовали они, — а мы заплатим тебе полтора миллиона долларов. Ничего себе сумма! До конца жизни хватило бы да на детей и даже внуков осталось. Да только не привык фермер жить на дармовые, привык жить только на заработанные трудом, ибо в нём счастье, а не в деньгах. Отказался от полутора миллионов долларов. А все последовавшие напасти, которые здесь изложены, считает местью за этот отказ.
ВОРОВСТВО
Чтобы превратить болота, составлявшие значительную часть полученной земли, в пашню и озёра, приобрёл фермер у частника два гусеничных трактора – новый и б/у, так как колёсный трактор в болоте, естественно, застревал. Новый трактор подарил колхозу, а ломачину довёл до ума, и вся полученная им болотистая земля благодаря этому трактору стала пашней и чистыми озёрами.
Но однажды пришёл с просьбой солидный человек — руководитель авторитетного хозяйства, сказал, что райисполком посоветовал ему обратиться к фермеру за помощью, и попросил одолжить на два месяца гусеничный трактор. Будучи совком, то есть человеком, не утерявшим советскую нравственность, включающую товарищество, взаимопомощь и доверие к властным органам, фермер, не раздумывая, трактор дал, благо все первоочередные работы с его помощью были уже выполнены. Разумеется, предоставил трактор в пользование безвозмездно.
Прошёл месяц, второй, а лязга знакомых гусениц на своём подворье фермер так и не услышал. Поехал разведать в чём дело, почему трактор не возвращён. И… испытал шок: заёмщик — авторитетный руководитель, сославшийся на совет тоже авторитетного властного органа – райисполкома — заявил, что трактор… продал частнику. Прихватил фермер милиционера и поехал к частнику выручать свой трактор. А тот сообщил, что… продал трактор в Россию.
Шок не пропал до сих пор: как это продан чужой трактор без разрешения собственника и с присвоением выручки, а управу найти на вора невозможно!
Да, не учёл фермер, что далеко не все авторитетные товарищи — граждане бывшего единого государства остались совками. Многие перестроились и стали жить и хозяйствовать по противоположным нравственным принципам, и в частности: «Не обманешь, не своруешь – не продашь и не разбогатеешь», «Бизнес есть бизнес, его успехи спишут все грехи», «Деньги не пахнут» и т.п.
Что делать? Кому жаловаться? Разумеется, в милицию. И милиция, казалось бы, не подвела — породила надежду, так как было начато следствие для возбуждения уголовного дела. Но в конечном итоге следствие пришло к выводу: в возбуждении уголовного дела отказать (п.2.ч.1 ст. 29 УПК РБ).
Ничего себе вывод! Мошенники умыкнули у фермера трактор, уворованного гусеничного богатыря обманом продали, денежки – себе в карман, а состава преступления нет! С каких это пор работники милиция освободила себя от обязанности ловить воров, которые, как известно, должны сидеть в тюрьме? И не является ли такой исход дела о тракторе прямым поощрением мошенничества и воровства?
С тех пор прошло уже 13 лет, а трактора всё нет. Но ведь гусеничный трактор — не иголка в стоге сена, которую трудно найти. И если он в России, то с нею у нас, как известно, Союзный договор и другие договорённости, в том числе о сотрудничестве в борьбе с криминалом.
Один умный человек, в гениальности которого никто не сомневается, в том числе и его враги, сказал: «Судить надо не по тому, что говорят, и даже не по тому, что делают, а по тому, что из всего этого получается». А получилось у данных следователей и милиционеров элементарное крышевание преступников. И не важно почему: либо по нежеланию ударить палец о палец, либо по желанию, минимум, имитировать должностную деятельность вместо её осуществления, или, максимум, защищать прежде всего людей с ложкой да с рыночной нравственностью, а не совков с сошкой и созидательной нравственностью работяги.
Но воровская беда не приходит одна, коль уж облюбовала кого-либо. Приходит как-то фермер на своё подворье живность покормить, а этой живности недочёт: утащили вороги две козы, то ли себе на молочко, то ли на мясцо, то ли обменять на бабки, то есть продать.
Стал допытываться, кто виновен в содеянном. Допытался с помощью свидетелей: преступление совершено коллективное – тремя подонками. Подал на них в суд. Суд иск принял и стал рассматривать. И рассмотрел: присудил ответчику возмещение ущерба в 400 рублей. И всё на этом. Но почему присудил одному ответчику, когда преступников было трое?
Оказывается, суду было заявлено ходатайство истца заслушать свидетелей, которые видели троих ответчиков в лицо и были удивлены, что в суд явился один, да и не тот (!), который был в этой преступной группе. Но суд… отказался опросить свидетелей.
А почему, интересно, отказался, разве опрос свидетелей не законный способ доказывания? Законный. Но в случае опроса свидетелей в данном случае выяснилась бы подлинная неприглядная картина: виновники воровства наняли невиновного человека из числа нуждающихся в деньгах, чтобы взял вину на себя под обещание солидного вознаграждения. Не потому ли суд отказался опросить свидетелей, что вступил в сговор с преступниками, чтобы они не сели в тюрьму: ведь групповое воровство наказывается куда строже, штрафом не отделаешься? В суде же одиночный лжеответчик отделался штрафом в пользу потерпевшего.
Когда же решение суда вошло в законную силу, штрафник отказался платить фермеру 400 рублей, ссылаясь на то, что… преступники не платят ему обещанное вознаграждение, и заявил, что намерен сообщить подлинные обстоятельства дела в милицию. Осуществил он своё намерение или не успел, — неизвестно. Но когда фермер вторично прибыл к нему насчёт 400 рублей, то соседка сказала, что человек этот умер и похоронен. Обстоятельства смерти никто выяснять не стал: то ли смерть естественная (но выглядел человек отменным здоровяком!), то ли насильственная (не для того ли, чтобы убрать опасного свидетеля?).
Тёмная криминальная история, но с тех пор никто так и не попытался её осветить. Подлинные воры, возможно, столь влиятельные люди, что никто не осмеливается их тронуть. Лучше — «концы в воду». Но кому лучше? Сказать бы прокуратуре своё слово: вымысел всё это или правда. Но от прокуратуры такое слово пока не последовало, по крайней мере до фермера не дошло.
Так кого защитили суд и прокуратура: гражданина-производителя, то есть человека с сошкой, или преступников, незаконно присваивающих плоды его труда, чтобы без труда орудовать ложкой?
ПОТРАВА
А это, действительно, похоже на месть, хотя не исключено, что является бандитской забавой. То есть не задержалась следующая беда.
Прибыв в очередной раз на подворье, увидел фермер картину вообще трагическую: лежат на траве 2 овцы с прокушенным шеями, а по территории бегают 2 охотничьи собаки в сопровождении голосящей лайки, гоняясь за очередными жертвами. Репетируют, видимо, как на охоте себя вести.
Завидев внезапно прибывшего хозяина, люди с недалеко расположившейся легковушки свистнули своим собакам и нажали на газ. И на сей раз обращение в компетентнее органы результата не дало.
А потравы продолжались. Всего потерял фермер от них 126 овец, 48 свиней и более 30 коз. Бандиты убитых животных не забирали…
Но изложенное — лишь цветочки. И мошенники, и воры, и бандиты мешали производителю по крупному, но не угрожали ликвидацией самого производства. А вот ягодки оказались для его хозяйства смертельными. И вырастили эти ягодки некоторые местные и повыше чиновники всех ветвей власти, точнее та их часть, которую трудно по делам их определить иначе, как «бандиты в законе».
ПОГРОМ НА ЛАКОМОЙ ЗЕМЛЕ
Предоставив фермеру землю в декабре 1992 года строго по закону, тот же райисполком в 2010 году незаконно отобрал её и буквально разгромил хозяйство.
А фермер выращивал скот, производил для него корма, мясо реализовывал частникам, не нарушая законодательство и полностью и в срок платя налоги. Ни одной претензии к нему на этот счёт за весь период фермерства не было. На вырученные деньги смог приобрести немало всевозможной техники, соорудил несколько временных хозяйственных построек, заимел и начал осуществлять планы расширения хозяйства и капитального строительства, вырастил и дал высшее образование двоим детям, причем с малолетства в одиночку, без жены, рано ушедшей из жизни.
Но… Вдруг получает известие, что ещё 420 дней назад, в 2011 году состоялось решение райисполкома об отобрании у него земли (больше года никто не удосужился оповестить об этом фермера, хотя по закону на это отводится три дня после принятия решения!).
Причём отобрать землю у производителя, если тоже по Закону, можно, но только в определённых Законом случаях. В решении же нет ссылок ни на одно из таких оснований, так как никаких поводов для отобрания земли фермер не предоставлял и никаких острых государственных потребностей в этой земле не было. Видимо, заведомая безосновательность решения и побудила работников исполкома ни предупредить фермера о предстоящем решении, ни пригласить его на беседу или на само заседание, на котором принималось решение об отобрании земли, ни оповестить его о принятом решении в сроки, предусмотренные Законом. То есть решили по принципу «что хочу — то и ворочу», и никто им не указ, в том числе Закон. Фермеру объявили, что землю передают птицефабрике. Как фермеру стало известно, такую передачу официально так и не оформили, а землю предоставили частнику под… склад экологически опасных химических товаров. И это на землях для сельскохозяйственного назначения!
Немедленно явился фермер к председателю райисполкома с вопросами: почему, за что, по какому праву, по какой надобности отобрали землю? Вопросы во весь рост встали на заседании райисполкома, на котором фермер присутствовал и выступал. В итоге председатель райисполкома принародно поручил своим подчинённым срочно разобраться, а фермеру сказал идти и продолжать спокойно работать.
И пошёл фермер работать, и проработал на своей земле спокойно ещё несколько лет, пока не пришло вдруг письменное повеление хозяйство свернуть и землю передать новому собственнику – птицефабрике. Понял фермер, что незаконное решение об отобрании земли 2010 года никто так и не отменил. Председатель исполкома сменился, а новый, видимо, решил, что его «хата с краю – ничего не знаю».
Побегал фермер по разным инстанциям, пока не вызвали его в суд. И о чудо – высокий суд решил в его пользу!
Суд в данном случае рассматривал административное правонарушение, якобы совершённое фермером и попадающее под действие ст.23.41 КоАП РБ — самовольное занятие земельного участка в размере 3.3. га. Решение суда – административный процесс прекратить по недоказанности. Оказывается, землеустроительная служба не представила в суд решение об отобрании земли. Либо на тот момент оно фактически принято не было, либо инициатор отобрания земли «постеснялся» представить в суд решение, имевшие признаки беззакония.
А вот новым решением суда – по иску фермера — безосновательное отобрание земли оставлено в силе, в иске фермеру отказано по причине якобы истечения срока исковой давности, а не по существу вопроса. Но суд исчислил этот срок с момента принятия решения об отобрании земли, а должен был – с момента, когда фермер был оповещён о таком решении. Кроме того, срок можно было по явно уважительной причине продлить. Но суд, отказав фермеру в иске и забыв, что первоначальное не отменённое решение суда имеет преюдициальное значение, по сути, помог райисполкому продолжать беззаконие.
И стал исполком своё решение осуществлять, да так, что не снилось и варварам:
1.Посыпались на фермера судебные штрафы за якобы самовольный захват земли.
- Закрыт счёт фермера в банке;
3.Явились бригады с предписанием отобрать и уничтожить технику, строения и животных. И были погружены на трайлеры, вывезены и сданы как металлолом 2 трактора и запчасти для них, автокран, косилка, грейдер, 4 автомашины и 4 больших прицепа по 12 метров длиной, металлический гараж и т.д., всего десятки единиц оборудования, какое в умелых руках фермера могло дать ещё немало продукции. Были разрушены все временные хозяйственные постройки, новые крупногабаритные железобетонные плиты, предназначенные для капитального строительства, разбиты на куски и вывезены на свалку, а 39 поменьше отправились неизвестно куда, отравлена сторожевая собака и весь многочисленный скот (хотя бы на скотобойню сдали или реализовали населению – малая польза, но была бы).
Весь процесс данного варварства в отношении материальных результатов его труда фермер смог сфотографировать, но, к сожалению, эти снимки вызвали в лучшем случае лишь сочувствие, естественное или показное, но не действия чиновников вышестоящих органов всех ветвей власти.
Разумеется, никому в голову не пришло хоть как-то компенсировать нанесённый фермеру ущерб (ведь сам виноват – ослушался решения власти), разумеется, не за счёт государства, а за счёт тех работников администрации, какие принимали незаконное решение, тех судей – какие ушли от принятия решения на основе Закона, тех прокуроров, которые не выполнили своих обязанностей по утверждению законности, тех следователей и милиционеров, какие не приняли мер против воров, мошенников и бандитов, в том числе в законе.
Если по прежней Конституции республики мы лишь строили правовое государство, то по обновлённой – живём в нём. Это порождает надежду, что мытарства фермера, наконец, закончатся, будет принято справедливое и законное решение властного компетентного органа, и фермер вновь сможет заняться своим любимым делом – производить для нас столь нужное продовольствие, в том числе для людей с ложкой, но выполняющих свои важные общественные функции на пользу делу, а не во вред ему.
Конечно, вернётся фермер к своему труду, если позволит здоровье, потраченное на многолетние жалобы и баталии с теми, кто обязан ему помогать, а не вредить.
По нашему мнению, должно быть проведено нелицеприятное следствие и всем чиновникам, замешанным в мытарствах фермера, вручить в дополнении к ложке ещё и сошку, чтобы тоже стали производителями, а не вредителями, заработали на себя и на возмещение нанесённого фермеру вреда.
А пока птицефабрика, которой якобы передана земля, ни разу не засеяла ни одного квадратного метра облагороженной болотной земли, эта большая часть пашни зарастает кустарником, на угодьях сельскохозяйственного назначения райисполком предоставляет частникам право строить объекты без положенного специального разрешения (не в этом ли подлинная причина отобрания земли у фермера?). Памятником произволу стоит брошенный фундамент склада экологически вредных товаров (кто позволил разместить таковой на землях, предназначенных для производства продуктов и переданных фермеру?) Не только фермеру, но и государству и обществу нанесён и продолжает наноситься ущерб.
Доколе? До сего дня фермер найти правду не смог, хотя длится эта история уже 13-й год. Впору вновь спрятаться за сроки давности. Началась история сознательного уничтожения фермерского хозяйства в 2011 году, а последние свиньи отравлены в этом году.
И полагается теперь фермер на веское слово Всебелорусского народного собрания. И всего-то делов – провести нелицеприятное и честное следствие и отменить либо явно безосновательное решение райисполкома об отобрании земли, либо постановление суда об отказе в иске фермера к райисполкому по причине превышения сроков давности, а не по существу, после чего чиновники всех ветвей власти вместо разрушения хозяйства будут обязаны содействовать его восстановлению.
Правовое государство в этом случае держит экзамен. Уверены – выдержит: с нынешними чиновниками либо с пришедшими на смену из-за того, что нынешние чиновники рубят сук, на котором сидят и едят.
————————————————- ———————
От редакции «Верности» и приложения «Негатив».
Учредитель электронной газеты «Верность» и приложения к ней «Негатив» –Общественное объединение «За Союз и коммунистическую партию Союза» (РОО СКПС).
ОО СКПС зарегистрировано Главным управлением юстиции Мингорисполкома Почтовый адрес ОО СКПС и редакции газеты «Верность» с приложением «Негатив»: 220123, Минск-123, абонементный ящик 55, СКПС.
Редколлегия – Секретариат ОО СКПС. Главный редактор «Верности» и приложения «Негатив» – Секретарь-координатор ОО СКПС Леонид Ефимович Школьников.
Телефакс + 375 17 247-05-52, моб. телефон (МТС) + 375 29 57-57-291.
E mail: shkolnikau@ramdler.ru.
Электронная газета «Верность» и приложение «Негатив» размещаются на сайте ОО и МОО СКПС <s-kps.by>.
Данный номер «Негатива» подписан к печати 26.03.2024 года.
====================== ====================
