Дзён
Для многих изучающих советскую историю сквозь пальцы становится откровением то, что после смерти Сталина во внутрипартийной борьбе маршал победы Жуков поддержал Хрущёва, и более того активно участвовал в критике никогда не существовавшего «культа личности». Казалось бы, советский вождь дал Жукову многое, именно бок о бок с ним они ковали победу, и Жуков стал прижизненной легендой. Но при детальном разборе выясняется – между Жуковым и Сталиным были весьма прохладные отношения, в основном из-за непомерных амбиций Георгия Константиновича.
Многие вспомнят случай с разграблением Германии, которое было учинено Жуковым и получило мощный отпор от Сталина. 9 июня 1946 года Сталин писал:
«Маршал Жуков, утеряв всякую скромность и будучи увлечен чувством личной амбиции, считал, что его заслуги недостаточно оценены, приписывая при этом себе в разговорах с подчиненными разработку и проведение всех основных операций Великой отечественной войны, включая и те операции, к которым он не имел никакого отношения».
На самом деле первые серьёзные конфликты между Сталиным и Жуковым были задолго до постыдной истории с «трофейным делом». Маршал авиации Голованов описывает случай от 1941 года, когда нацисты прорывались к Москве. Было понятно, что битва за город будет сложной и не факт, что окончится победой советских войск. В Москве находился генеральный штаб. Как известно, Сталин и генштаб остались в городе даже в самый критический момент войны, однако мало кто знает прямые предложения Жукова. Из мемуаров маршала Голованова:
«Шло обсуждение дальнейшего боевого применения дивизии. Раздался телефонный звонок… Звонил корпусной комиссар Степанов — член Военного совета ВВС. Он доложил Сталину, что находится в Перхушково (здесь, немного западнее Москвы, находился штаб Западного фронта).
— Ну, как у вас там дела? — спросил Сталин.
— Командование ставит вопрос, что штаб фронта очень близок от переднего края обороны. Нужно штаб фронта вывести на восток за Москву, а КП организовать на восточной окраине Москвы!
Воцарилось довольно длительное молчание…
— Товарищ Степанов, спросите товарищей — лопаты у них есть? — спросил спокойно Сталин.
— Сейчас… — вновь последовала долгая пауза. — А какие лопаты, товарищ Сталин?
— Все равно какие.
— Сейчас… — довольно быстро Степанов доложил: — Лопаты, товарищ Сталин, есть!
— Передайте товарищам, пусть берут лопаты и копают себе могилы. Штаб фронта останется в Перхушково, а я останусь в Москве. До свидания».
Как далее пишет Голованов, фактически комиссар Степанов передавал прямое прошение Жукова на эвакуацию командования, однако получил жёсткий отрицательный ответ от Сталина. Эти и многие другие события рушат образ «маршала победы», однако соответствуют исторической действительности и подтверждаются в том числе иными источниками.
Ввиду контекста, который заставлял пантагрюэливыми шагами готовить страну к войне, в высшие партийные чины отбирались в первую очередь профессионалы, а не стопроцентные коммунисты. Сам Сталин высказывался про это, говоря, что если оставлять в партии только познавших марксизм-ленинизм, то в ней и людей то почти не останется. К сожалению, это правда – серьёзных теоретиков среди управленческих кадров было мало, эпоха диктовала иной подход к построению пролетарского государства, который по итогу и привёл к кризису и перерождению элит. Коммунистам дня сегодняшнего необходимо приложить все усилия, дабы этого не повторилось при следующей победе прогрессивных сил
