РОО СКПС

Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

Республиканское и Международное общественные объединения
«За Союз и коммунистическую партию Союза»

Информационный ресурс коммунистов Советского Союза

За Советскую Родину…

Донесение пулемётчика Никитина

30 июня 1942 года организованная оборона Севастополя прекратилась. В вечерней сводке за 3 июля 1942 года Совинформбюро сообщило: «После восьмимесячной героической обороны наши войска оставили Севастополь. На других участках фронта существенных изменений не произошло».

Однако Севастополь оставили те войска, которые смогли эвакуировать (или эвакуироваться). То есть, как стало известно со временем, далеко не все. В городе осталось немало красноармейцев и краснофлотцев. Немцы ещё не один день вели активную зачистку захваченного города и окрестностей. И даже не одну неделю. По доступной на сегодня информации (в частности, ЖБД 121-го и 122-го полков 50-й пехотной дивизии вермахта) последний крупный бой защитников Севастополя прошёл на позициях 851-й стационарной зенитной артбатареи 2-го зенитного артдивизиона 61-го (в дальнейшем 1-го гвардейского) зенитного артполка ПВО Главной базы Черноморского флота.

На вооружении батареи, поставленной в марте 1942 года прикрывать аэродром легкомоторной авиации в Юхариной балке, стояли три допотопных 76-мм орудия Лендера образца 1915/1928 года (тип 9К). При втором штурме города они были разбиты, но севастопольский артремзавод их восстановил. Ну, как восстановил… Привёл в работоспособное состояние, но заменить изношенные стволы возможности уже не было: орудия эти были весьма малораспространёнными. По данным последнего осмотра у самой «бодрой» пушки на батарее износ ствола составлял 480%, а у самой «уставшей» — все семьсот. Надо полагать, что к концу обороны эти и без того внушительные цифры значительно возросли: количество даже обнаруживаемых сейчас стреляных гильз — огромное.

76-мм зенитная пушка обр. 1915/28 гг. (9К) на стационарном основании. На 851-й батарее таких было три.
Кстати, была на батарее и пара ШКАСов, снятых с разбитых самолётов. А к ним, соответственно, были и шкасовские патроны. Знаток без труда отличит специальный шкасовский патрон от обычного винтовочно-пулемётного, не рассчитанного на безумный темп стрельбы авиационного пулемёта. Это очень важная деталь моего рассказа.

Именно здесь, на позициях 851-й батареи, «партизаны в морской форме» численностью до роты дали немцам последний серьёзный бой с применением двух орудий и четырёх пулемётов. Дали его 16 (шестнадцатого) июля.

Вполне возможно, как раз после того боя, вечером 16 или утром 17 июля один из самых матёрых бойцов, двадцатитрёхлетний пулемётчик краснофлотец Виктор Никитин — а в пулемётчики старались брать парней покрепче — взял тщательно сохранявшуюся бумажку. Она была уже совсем бесполезной — ведь табачного довольствия давно не было и не предвиделось в обозримом, причём наверняка довольно коротком будущем. Как, впрочем, и котлового довольствия тоже. Кое-как заточенный карандаш хотелось послюнявить, но откуда во рту взяться слюне, если скупыми глотками давно выпита даже вода из кожуха «Максима»?

Тщательно выписывая буквы покрупнее, чтобы, с одной стороны, они были разборчивее, а с другой — не нажимать на единственную бумажку слишком сильно, Виктор начал составлять последнее донесение. Уже не командиру своего дивизиона или полка. А просто — своим. Нашим. Нашим, увидеть которых скорее всего уже не придётся, но которые обязательно придут, потому что иначе и быть не может.

Остались Никитин, Янгеленко, Мануйло, Руденко, Еремей. На хуторе немца нет. Рядом наши. Приходил связ. Десять дней нет воды. Выпили из кожуха. Еды тоже нет. Идём за водой. Мануйло ушол и не вернулся. Писал пулеметчик Никитин

Донесение на этом не кончалось. В нём было ещё несколько слов, начинавшихся с буквы «П», после которой, похоже, стояла «Е». Может быть, «передайте»? Что именно было тут написано, мы уже не узнаем никогда: самый краешек донесения утрачен безвозвратно.

В сборнике «Говорят погибшие герои», многократно издававшемся в Советском Союзе и доступном в интернете, можно прочитать, что передавали своим люди, готовящиеся (или просто готовые) к смерти за Родину. Вполне возможно, что краснофлотец Никитин написал что-нибудь похожее.

Написал, сложил бумажку ровно пополам, потом скрутил её в тугую трубочку и вложил в латунную винтовочную гильзу, которая точно не проржавеет (батарея была на флотском снабжении, а потому патронов с ржавеющими в труху стальными или биметаллическими гильзами не получала). На этом история последнего донесения зенитчиков 851 батареи вполне могла бы и безвестно закончиться, но ведь не зря в пулемётчики отбирали не только по здоровью. Никитин предусмотрительно взял шкасовскую пристрелочно-зажигательную пулю ПЗ с хорошо заметным красно-чёрным лаковым носиком и как можно плотнее вставил её в гильзу, надёжно запечатав своё донесение.

Терпеть сопротивление немцы более не собирались и назавтра, 17 июля, окончательно расправились с непокорными зенитчиками, тщательно «обработав» их позиции полковой артиллерией. Правда, окончательная зачистка всё равно кончилась врукопашную.

* * *

В июле 2018 года очередная экспедиция крымских поисковиков продолжала раскопки на территории, где располагались позиции батареи. Как всегда, все обнаруженные артефакты тщательно собирались для последующего изучения. Руководитель Севастопольского отделения «Поискового движения России» военный историк Александр Неменко обратил внимание на странный винтовочный патрон, подобранный на батарее: в обычной латунной гильзе сидела шкасовская пуля ПЗ с прекрасно сохранившимися чёрным и красным лаковыми кольцами. А ведь такой пуле место только в усиленной гильзе с двойным обжимом и буковкой «Ш» на донце.

В музее «35-я береговая батарея» необычный патрон вскрыли. Вместо пороха в гильзе оказалась туго скрученная бумажка. Её аккуратно вынули, со всеми мерами предосторожности развернули, отсканировали и прочитали. Прочитали почти полностью. Донесение пулемётчика Никитина шло до своих 76 лет. И всё-таки дошло.

Записка пулемётчика Никитина.
Севастопольские поисковики установили личности перечисленных в записке последних защитников 851-й батареи, несмотря на ошибки, допущенные пулемётчиком. Это были:

Виктор Павлович Никитин, 1919 года рождения, призван Ростовским ГВК в 1938 году, краснофлотец, пулемётчик 851-й ЗАБ;
Василий Власович Янгеленко, 1920 года рождения, призван Ворошиловградским РВК в 1941 году, краснофлотец, разведчик 851-й ЗАБ;
Максим Антонович Манойло, 1922 года рождения, призван Шевченковским РВК Харьковской области в 1942 году, краснофлотец, разведчик 851-й ЗАБ;
Алексей (Александр) Иванович Руденко, 1922 года рождения, краснофлотец, радист 851-й ЗАБ;
Василий Тимофеевич Еремея, краснофлотец, строевой БО-4 Севастопольского оборонительного района.

Документ из базы данных «Память народа».
По имеющимся сведениям, расположение батареи в 1942 году не представляло для немцев никакого интереса. Видимо, именно поэтому сразу после боёв там даже санитарного захоронения не провели. Понадобилось немцам это место только в апреле 1944, с приближением жареного петуха. Очевидно, именно тогда останки погибших в 1942 году куда-то свалили и густо засыпали хлоркой для дезодорации и дезинфекции. Хлорки расщедрившиеся немцы на позициях батареи не жалели: обнаруженный поисковиками в пустом блиндаже второго орудийного дворика батареи какой-то бумажный документ от её воздействия буквально рассыпался в руках нашедших.

А в послевоенный период позиции 851-й батареи и окружающая местность были засыпаны, выровнены и засажены крымской сосной: нужно было озеленять опустошённые войной земли полуострова. Обнаружить эти позиции поисковики смогли только в 2016 году, тщательно проанализировав доступные материалы немецкой аэрофотосъёмки.

Фрагмент кадра немецкой аэрофотосъёмки от 4 августа 1943 года. Зелёным выделен хорошо заметный и сегодня ориентир — Французское военное кладбище; красным — позиции 851-й батареи.
По состоянию на сегодня силами прежде всего местных отрядов «Таврида» и «Комсомольский» на позициях 851-й батареи уже расчищены орудийные основания и дворики, места расположения артпогребов и кубрики личного состава. В марте 2017 года на батарее был установлен памятный знак.

После установки памятного знака 11 марта 2017 года. Фото пресс-службы севастопольского гор. отделения ЛКСМ РФ.
Вот только павшие на батарее известные и неизвестные герои в официальных списках до сих пор числятся пропавшими без вести 3 июля 1942 года. Их останки пока найти не удалось.

Но возможно, что погибли не все: по данным базы данных «Память народа», Максим Манойло из села Баранев Шевченковского района Харьковской области (по-видимому, в базе данных опечатка: там есть село Бараново) в 1985 году был награждён юбилейным орденом Отечественной войны II степени. Возможно, он тогда не вернулся, потому что попал в плен? Надежда, на то, что он до сих пор жив, призрачна, но, быть может, что-нибудь смогут рассказать его родные, знакомые, соседи. Неясно пока, и о каких «наших» упомянул в записке пулемётчик Никитин.

Поиск продолжается.

Автор благодарит руководителя Севастопольского отделения «Поискового движения России» Александра Неменко и зам. начальника экскурсионно-просветительского отдела музея «35-я береговая батарея» Степана Самошина за помощь при подготовке материала.

С Днём Победы!

Оставьте комментарий